Серебряный Крест / глава третья /

марта 29, 2009

Глава 3
15 октября 2008г. Санкт-Петербург.

Ночь в аэропорту – не лучшее, что может случиться у женщины. Но ехать в гостиницу не хотелось, потому что до вылета оставалось не так много. Объявили Франкфурт. Немцы лениво поднялись со своих мест и пошли на посадку. Пассажиров на втором этаже заметно поубавилось.

Я с удовольствием вытянула ноги и постаралась задремать. Ничего не получалось, слишком холодно. И почему все эти новые техно-строения такие холодные? Наверное, люди и произведения живописи в такой температуре хорошо сохраняются. В оправдание этой версии температурного режима сразу за углом была выставка работ местных художников. Побродив среди картин и погревшись в ярких пятнах периферийной живописи, я переместилась в буфет. Рядом с урчанием кофе-машины я почувствовала себя гораздо лучше, да и в сон не так клонило. Когда я допивала вторую чашку, объявили Прагу.

Таможенный контроль в пять утра соблюдал формальности, но не проявлял бдительности, и все сонно шли через duty-free к своим выходам. Позвонил Андрей:
- Купи сигарет. У меня заканчиваются, а утром нам придется ждать, пока откроются магазины.
- Хорошо. Ты что сейчас куришь?
- Давидофф-лайт.
- Дамские? – съехидничала я.
- Белые – прошипел он в ответ.

Я летела к брату. Наша с ним разница в возрасте была больше, чем у него с моим старшим сыном, и относилась я к нему как к «братьям меньшим» - с любовью. Когда Андрей сообщил, что его переводят из нашего сибирского города в Прагу, образовалась пустота, которую ничем не заполнишь, пока сама не зарастет. Блок сигарет целиком поместился в моей новой дамской сумочке, специально предназначенной для перелетов. В нее много чего такого могло поместиться, но я сдерживала себя изо всех сил.

Новенький Боинг еще набирал высоту, но заботливые стюардессы уже предлагали всем желающим алкогольные напитки. Я не стала отказываться, но из пластикового стакана с красным вином смогла сделать только пару глотков. Потом самолет наклонился, незакрепленный столик спружинил, и вся кроваво-красная жидкость оказалась на моих любимых белых штанах.

Стюардесса, увидев мой ужас, компетентно заявила:
- Не беспокойтесь, у нас такое бывает почти каждый рейс. Нужно смывать минералкой.
- Минералкой?!
- Она с газом. Это помогает от винных пятен.
- Я даже не знаю, что из этого считать пятном – остатки белого или красное?
Стюардесса гордо вскинула голову и сказала:
- Идите в туалет, раздевайтесь. Я сейчас принесу полотенце и пару бутылок воды.
После того, как я заняла свое место в туалете первого салона, им уже никто не смог воспользоваться в течение всего полета. С пятном справиться удалось, но к тому времени, когда самолет начал снижаться, на мне было мокрым все, что ниже пояса.

Андрей оторопел:
- Ты самолетом летела, или часть пути вплавь?
- Ты сам-то как думаешь?
- Думаю, что это бывает только с тобой.
Он чмокнул меня в щеку.
- Как долетела?
- В туалете.
Брат не расстраивал меня больше вопросами про мой внешний вид. Решил спросить про огромных размеров чемодан, который катил перед собой.
- Что в чемодане?
Я разозлилась окончательно:
- Твои вещи!
- А я думал, что пассажиры летают со своими вещами.
- Это все, что ты забыл, когда приезжал на каникулы. Я тогда в проводах не участвовала, но твое состояние могу оценить по количеству забытой одежды.
- Не ворчи. Кто что мне прислал?
- Кто что.
- Куртку мою любимую передали?
- А как же! Маменька ее первой сложила. После вот этого и еще пары твоих джинсов я перестала сопротивляться. Все складывали, кто что хотел.
- Чудненько!

Не знаю, что он имел ввиду – что я не сопротивлялась, или что у него теперь меньше шопинга. В машине мы закурили, и мне полегчало. В тот момент я еще не знала, что события тысячелетней давности, начинавшиеся на том самом месте, где была припаркована машина Андрея, выскользнут из мрака и тонкой, но прочной нитью вплетутся в мою жизнь.